ВСЁ ПОШЛО НЕ ТАК...

Голландский журналист раскрыл тайну подвига узбекских военнопленных в концлагере «Амерсфорт».

Однажды туда специальным поездом для перевозки скота привезли сотню советских солдат. Сто один узбекистанец, это всё что осталось от Самаркандского эшелона в тысячу человек. Узбеки бились под Смоленском до последнего, до последней гранаты и патрона, и когда уже даже костяшек на кулаках не осталось, приняли решение отступать к своим. Измученные незнакомым и недружелюбным лесом, холодом и голодом, они попали в окружение.

Как написал в своём дневнике один из пленных голландцев, они не были похожи на русских: невысокого роста, со смуглой кожей и миндалевидными глазами. Это уроженцы далёкой Средней Азии. Их поместили не в барак, как остальных, а в отдельный загон под открытым небом, окружённый колючей проволокой.

Отношение именно к этим узникам было «особенным»: их почти не кормили, отправляли на самую тяжёлую работу, а после избивали дубинками и прикладами. Нацисты называли их между собой "untermenschen" (недочеловеки). Другие пленники недоумевали, почему к этим людям так относятся, будто они животные.

Обстановка на фронте была удручающая и Гитлер поручил что-то предпринять. Перед судьбоносной битвой за Москву необходимо было поднять упавший дух немецких солдат, которые с трудом взяли Смоленск. Фашисты за месяц брали целые государства, а тут на два с лишним месяца застряли в российской глубинке.

И тогда министр пропаганды Германии Йозеф Геббельс решил сыграть на контрасте и показать противника жалким и ничтожным. Он задумал снять небольшой ролик, где советские солдаты рвут друг друга на части за кусок хлеба.

Специально из числа военнопленных были выбраны люди, с неевропейской внешностью. Была поставлена цель замучить их до буквально животного состояния, чтобы ничего человеческого в них не осталось… и швырнуть еду, как стае голодных зверей.

По некоторым данным на исторические съемки приехал и сам Геббельс.

Спустя какое-то время в лагерь приехали большие чины, а вместе с ними целый отряд кинооператоров и режиссеров, лучших в Германии. Свет, камера, мотор! По периметру загона с узбеками выстроились арийцы – высокие, красивые, светловолосые, голубоглазые, как с обложки модного журнала. Они идеально контрастировали с темнокожими, измученными пленниками. Тут же подъехала машина и открыла багажный отсек. Оттуда разнесся немыслимый запах свежеиспеченного сдобного хлеба, от которого сглотнули слюну даже сытые арийцы.

Кульминацией этой мерзкой идеи должна была стать булка хлеба, брошенная в загон под кинокамеры.

Это должен быть великий фильм Рейха, как полуживотные бросаются на хлеб, грызя себе подобных зубами. Для солдат это должен быть очень поучительный материал: «У вас не должно остаться места для жалости к этому отребью. Это не люди».

Но всё пошло не так.

Брошенная булка хлеба упала в середину загона, к ней подошел самый младший мальчишка. Гробовая тишина. Бережно ее поднял и трижды поцеловал его, поднося поочередно ко лбу как святыню. А потом передал самому старшему.

Потом узбеки сели в кружок, сложили ноги по-восточному и стали передавать по цепочке крошечные кусочки хлеба, словно плов на Самаркандской свадьбе. Каждый получил кусочек, грел об него руки, а потом неторопливо, закрыв глаза, съедал. И в конце этой странной трапезы прозвучало: «Худога шукур» (Слава Богу).

Немцы были вне себя от досады и ярости.

Планы Геббельса разбились о благородство народа.

Он не представлял, насколько величественными могут быть люди другой расы, какими могут быть отношения между ними, насколько любить Родину и с достоинством уважать хлеб.

После неудачного эксперимента все 101 узбек были жестоко избиты. Из героической сотни до апреля 1942 года дожили 77 человек, которых под предлогом перевода в другой лагерь расстреляли в лесу. Последними их словами была песня, песня о Родине. Они гордо и громко пели её на своём родном языке, и про себя молились…

Этот провал был настолько позорен, что не осталось никаких свидетельств в документах Рейха. Немцы, которые записывали каждый выломанный еврейский зуб, уничтожили все упоминания об этом случае. Остались только скудные свидетельства, которые восстановил голландский журналист, а Анвар Иргашев и Юлия Медведовская по этому расследованию написали книгу «101».

20 лет назад, когда голландский журналист Ремко Рейдинг вернулся в Амерсфорт после нескольких лет работы в России,  услышал от друга о советском военном кладбище, находящемся неподалеку.

«Я был удивлен, потому что никогда до этого не слышал про него. – рассказывает Рейдинг. – Я съездил на кладбище и стал искать свидетелей и собирать материалы по архивам».

Выяснилось, что на этом месте были похоронены 865 советских солдат. Все, кроме 101 солдата, были привезены из Германии или других регионов Голландии.

И этих 101 солдата (все безымянные) расстреляли в самом Амерсфорте.

С того самого дня он и начал своё масштабное расследование и приоткрыл завесу тайны над подвигом военнопленных красноармейцев из Узбекистана в концлагере «Амерсфорт».

«За это время я отыскал родственников более 200 солдат. Из них только двое узбеков. Говоря конкретно о 101 герое, мы до сих пор не знаем, кто они, но мы намерены установить личности этих воинов. Списки всех военнопленных были уничтожены фашистами в 1945 году. Моя цель – идентифицировать каждого, кто погиб в Амерсфорте. Если мы будем их помнить, они навсегда останутся в наших сердцах», – рассказал прибывший в Ташкент Ремко Рейдинг.

Кроме того он выяснил, что комендант лагеря Карл Петер Берг был расстрелян в 1949 году.

Одним из первых жителей Узбекистана, услышавшим эту историю, стал сын известного предпринимателя Зафара Хашимова, который учится в Голландии.

В прошлом году он поздравил отца с 9 мая и написал эту историю с припиской «История грустная, читайте осторожно».

Хашимов сразу проникся рассказом сына, а какое-то время спустя предпринимателя попросили о встрече писатели Анвар Иргашев и Юлия Медведовская, которые в дальнейшем и стали авторами романа «101», основанного на реальных событиях. Книга пока отпечатана небольшим тиражом.

Для голландца Ремко Рейдинга основной целью остается идентификация героев, поиск их родственников. Для этого создан специальный сайт STOODIN.UZ, через который люди, подозревающие, что среди 101 погибшего в Амерсфорте могут быть их родные, могут связаться с Рейдингом.

На сегодняшний день известно, что один из голландских военнопленных делал записи в своём дневнике, по которым собственно и смогли восстановить часть произошедшего. Также он делал портретные зарисовки узников. Две из них подписаны – Зоир Муратов и Хатам Кадыров.

«Возможно, кому-то знакомы эти имена и фамилии. Может быть это чьи-то предки, ушедшие на фронт и пропавшие без вести. Все, у кого есть хоть какая-то информация, могут обращаться на этот сайт. Я сам буду рассматривать все письма. Я считаю это своим моральным долгом перед этими героями», – добавил журналист.

Каждую весну сотни голландцев – мужчин и женщин, молодых и пожилых – собираются в лесу рядом с городом Амерсфорт, что недалеко от Утрехта.

Здесь они зажигают свечи в память о 101 советском солдате, которые были расстреляны нацистами на этом месте, а после забыты более чем на полвека.

Из 1,4 млн. воевавших узбекистанцев треть не вернулись с войны и по меньшей мере 100 тысяч до сих пор считаются пропавшими без вести.

Сегодняшнему поколению нельзя забывать, что эти 101 человек и ещё сотни тысяч узбеков отдавали свои жизни за наше с вами будущее, сытое, мирное и достойное…

Пересказ с оригинала
Рустам Кобил, Би-би-си, Амерсфорт
9 May 2017